Чародей в ярости [ = Чародей разбушевался ] - Кристофер Сташеф

— О. — Род держал губы поджатыми от этого слова. — Так я теперь раб, да?

— А что? — у Альфара загорелись глаза. — Кем еще ты б себя назвал?

Род секунду поглядел на него, а потом улыбнулся.

— Я тоже крестьянин, разве нет?

— Разумеется, — сухо обронил Альфар. — И все же, кем бы ты там ни был, ты также наипревосходнейший слушатель мыслей, раз сумел проникнуть под мои мысли и раскрыть, кто я такой на самом деле.

— Для этого не требовалось чтения мыслей. Вообще никакого. Просто подумай логически: кто во всей обширной северной округе будет бродить, переодевшись недотепой-крестьянином, поддерживая с огромным пылом и энтузиазмом политику Альфара, и кто наделен властью командовать солдатами?

— Возможно, один из моих помощников, — сказал сквозь истонченные губы Альфар.

Род покачал головой.

— Ты ни разу не сказал о необходимости передоверить решение кому-то вышестоящему — по крайней мере, судя по рассказу Саймона о том, что происходило, пока я был без памяти. Но ты упомянул о «наших» владениях, и значит был либо одним из помощников, рассматривающим себя, как напарник вождя, а судя по всему, что я слышал об Альфаре, он, как мне думалось, был не из тех, кто делился властью...

— Тебе думалось верно, — проворчал Фларан.

— Вот видишь? И употребленное тобой слово «наши» было королевским «наши». А это означало, что Фларан был на самом деле Альфаром. — Род развел руками. — Видишь? Просто обыкновенный здравый смысл.

— Едва ли «обыкновенный», — нахмурился Альфар. — Воистину, это самый престранный способ мышления.

— Вот люди постоянно и твердят мне об этом, — вздохнул Род. Он обнаружил, что цепочки рассуждений чужды средневековому уму. — Но ведь это было королевское «наши», не так ли? И ты планируешь попытаться сесть на трон, не правда ли?

Ответом Альфара явилась язвительная улыбка.

— Наконец-то, ты добрался до истины, хотя сильно сомневаюсь, что ты нашел ее на такой лад.

— Не беспокойся, на такой, — кисло улыбнулся Род. — Даже и сейчас, когда ты совсем рядом со мной, я не могу прочесть твоих мыслей. Ни единого шепота.

— Кончай свой обман! — вспыхнул Альфар. — Только очень могучий чародей может столь полно окутать покровом свои мысли, будто кажется, что он даже не существует!

Род пожал плечами.

— Будь, по-твоему. Но будет ли тот могучий чародей в состоянии читать в чужом разуме, когда его собственный закрыт на замок?

Альфар уставился на него. А затем медленно поднял голову, кивая.

— Ладно. Тогда, по крайней мере, ты не станешь отрицать, что ты шпион Туана?

— Согласен, уж это-то вполне очевидно.

— Превосходно! Теперь ты сможешь сообщить Туану все мельчайшие подробности о моей темнице, если когда-нибудь увидишь его вновь.

При всей его браваде Рода пронзила дрожь мрачного предчувствия. Он проигнорировал ее.

— Туан уже знает все, что ему надо.

— В самом деле? — сверкнул глазами Альфар. — И что же именно?

— Что ты захватил власть над герцогством, наведя чары на весь народ, и что ты нападешь на него, если он не уничтожит тебя первым.

— Ах, даже так! Интересно! И что еще ему известно?

Род пожал плечами.

— Не твоя забота, но пусть тебя это беспокоит.

Альфар оцепенел, кровь отхлынула от его лица.

А затем резко развернулся и выхватил нож, приставив его к горлу Саймона.

— Еще раз спрашиваю тебя, какими сведениями располагает Туан?

Он сцепился взглядом с Родом. Саймон побледнел, но в глазах у него выражалось лишь спокойствие и понимание, без следов страха.

Род вздохнул и капитулировал.

— Ему известна вся твоя карьера, от первого запуганного тобой крестьянина вплоть до битвы с Герцогом Романовым.

— А, — выдохнул Альфар. — Но исход ее ему неизвестен. Так ведь?

— Так, — признался Род, — но догадаться нетрудно.

— Она исходит от герцогини, не так ли? Она сбежала от моих охотников. На самом деле, мои лазутчики в графстве Тюдор и в Раннимиде нападали на нее, но их отразили с помощью мощной магии. — Взгляд его посуровел. — Магией, напущенной женщиной и четырьмя детьми.

Внутренне Род успокоился услышав подтверждение, что его семья находится в безопасности. Но внешне он разрешил себе лишь чуть улыбнуться.

— Но тебе о том известно, не так ли? — выдохнул Альфар. — Ведь ты-то и поручил им сие дело, не правда ли?

Род посмотрел на растущую на острие кинжала каплю крови, прикинул варианты выбора, и решил, что честность не повредит.

— Да, план этот принадлежал мне.

Альфар торжествующе выпустил воздух.

— Так значит именно твоя жена и дети сопровождали герцогиню и ее отродье, пока были живы!

Внутри у Рода завыла сирена тревоги. Не подразумевал ли этот ублюдок, что его семья погибла? И поднялся, нарастая гнев.

Не замечая что и происходит с Родом, Альфар по-прежнему говорил:

— И ты тот, кого зовут Род Гэллоуглас, не так ли?

— Да. Я — Верховный Чародей. — Глаза у Рода сузились, наливаясь кровью.

Саймон ошеломленно уставился на него во все глаза. Губы у Альфара раздвинулись, глаза засверкали.

— Как тебе удалось это? Говори, каким образом? Как ты перестал существовать для мысли, в то время, как для глаза ты виден?

— Уж тебе-то следует знать, — процедил сквозь зубы Род. — Разве ты не подслушивал?

— Заверяю тебя, каждую минуту. Я держал тебя под мысленным наблюдением в то время, когда ты купил телегу и выехал на дорогу. А потом вдруг не стало никаких мыслей, кроме дум крестьянина.

— Неплохой у вас радиус действия.

— Свыше тридцати лиг. Как ты окутал покрывалом свои мысли?

— Я не окутывал, во всяком случае тогда. — Род сбросил ярость до медленного горения, держа свой дух в узде, плавая на поверхности этого чувства. — Я просто начал думать, как крестьянин.

Альфар уставился на него.

А затем нахмурился.

— В таком случае, уподобился ты превосходно.

— Я получил кое-какие уроки актерской игры. — И они пригодились сейчас, помогая ему удерживать ярость под контролем. — Настоящий номер с исчезновением я разыграл лишь после того, как пересек границу. — Про себя, он находил небезынтересным, что Альфара удалось так основательно обмануть. Либо он не очень-то умел читать мысли в глубине сознания, либо Род умел считать себя кем-то вымышленным лучше, чем ему думалось.

— Значит эго произошло тогда? Говори, каким образом?